olenenyok (olenenyok) wrote,
olenenyok
olenenyok

Category:

Сильвестр Сталлоне и Дженнифер Флавин

....тинейджеру Сталлоне в любви не везло.
Девушки не обращали на него внимания,
одноклассники считали тупым и дразнили «уродом»
за скошенный набок рот и невнятную речь.
К тому же он был слабым и тщедушным,
и мальчишки наградили его прозвищем Слай (Проныра).
Юноша переживал и не знал, что с этим поделать.

Свои комплексы и страдания юный Сталлоне сублимировал в занятия спортом: он неожиданно понял,
что красивое тело многое может компенсировать, и начал качать мышцы. Результат не заставил себя долго ждать, девочки начали обращать на него внимание...

...В 1989 году, на съемках картины «Рокки-5», он впервые увидел ее. Двадцатилетняя Дженнифер Флавин училась в университете, где специализировалась на океанографии, а также подрабатывала моделью и пробовала свои силы в кино. Блондинка, чуть выше его ростом, скорее эффектная, нежели красивая, она обратила на себя внимание Слая прежде всего тем, что внешне напоминала Нильсен, да и что-то общее было в ней с Ингрид, его первой возлюбленной. Во Флавин, как и в ее предшественницах, текла северная, ирландская, кровь. «Я подумал, – вспоминал Слай, – что не стоит опять связываться с блондинкой». Но связался.

Дженнифер влюбилась в Сталлоне еще школьницей, когда впервые посмотрела «Рокки». Ее привлекло поразительное несоответствие во внешности исполнителя главной роли: атлетическое тело с горой мышц и лицо, которым он напоминал святого мученика Себастьяна с полотен итальянских художников эпохи Возрождения. У него действительно был физический недостаток: частично парализованная в результате родовой травмы левая половина лица. Но Слай сумел превратить это в актерское достоинство: длинные монологи и богатую мимику, которые оказались ему недоступны, он компенсировал твердостью черт лица и краткими, но весомыми репликами. При этом взгляд его оставался жалостливым и кротким. Дженнифер признавалась позднее, что ее любовь к «печальному супермену» возникла в первую очередь из-за сострадания, а чувство жалости, как известно, сильнее всего привязывает женщину, особенно юную и мечтательную.

«Наверное, я сам виноват, но почти никто из женщин не видел во мне человека, – признавался потом Сталлоне. – Человека чувствительного и сентиментального, что заметно и по моим ролям, и по моей живописи». Флавин же отметила это еще в годы своей заочной влюбленности, поэтому и после более тесного знакомства оставила возлюбленному пространство для личной жизни. Даже переселившись к нему на виллу в Санта-Монике, «присваивать» его она не собиралась.

Сталлоне вскоре воспользовался этим, возобновив свои любовные похождения ...
В отношениях со Слаем для Дженнифер наступила «черная полоса». ...
..
Сталлоне был тверд в своем решении расстаться с Дженнифер. В свое оправдание он говорил: «В любви все должно происходить на автопилоте. Как можно контролировать любовные чувства? Сегодня ты надеваешь парик, я облачаюсь в шикарный костюм – и давай разыграем любовь по правилам? Это ложь, а если начинается ложь, я выхожу из игры». Дженнифер он написал, что у нее есть два дня на сбор вещей.
...

Ровно через год после своего разрыва с Флавин Сталлоне позвонил Дженнифер и попросил вернуться. «Сильвестр изменился, – вспоминала Флавин. – Я увидела его внутренне повзрослевшим, и у меня затеплилась надежда, что теперь мы надолго останемся вместе». «Просто однажды, – объяснял Сталлоне, – я представил, что сижу в зрительном зале и смотрю фильм о своей жизни. На экране – не боевик, не «Рокки» и не «Рэмбо», где главный герой всегда победитель. Передо мной разворачивалась банальная комедия ошибок. Мне скоро стукнет полтинник, но, стыдно сказать, я столько лет не замечал, что счастье ходит возле меня, и только и делал, что заставлял свою любимую страдать». Дженнифер вернулась. Когда через какое-то время она сказала Сильвестру, что ждет от него ребенка, он был вне себя от радости и немедленно оповестил об этом друзей и журналистов.

А спустя некоторое время он чудом избежал смерти. «Я летел на своем самолете, – вспоминал Сталлоне. – Вдруг ко мне подошел один из пилотов, он был сильно встревожен и попросил меня пройти в кабину экипажа. Зайдя туда, я увидел на лобовом стекле трещину, которая постепенно увеличивалась. «Нет, – подумал я, – только не теперь, когда моя жизнь так изменилась!» Едва самолет приземлился, он позвонил Дженнифер и произнес долгожданные слова: «Я хочу, чтобы ты стала моей женой!» Свадьбу они, правда, решили отложить на то время, когда ребенок появится на свет.

В начале сентября 1996 года репортеры уже снимали малышку в палате госпиталя вместе со счастливыми родителями. Когда девочке исполнилось два месяца, врачи поставили ей диагноз «порок сердца» и предупредили, что необходима операция.

Та ночь окончательно перевернула представления Сталлоне о жизни и о себе самом. Измученная Дженнифер уснула, а он остался сидеть рядом с прооперированной малышкой. «Я смотрел на нее и думал: чего стоит вся моя слава, мои знаменитые мускулы, если я не могу помочь своему ребенку? – говорил он позднее. – Настоящими героями оказались врачи, которые сделали все, что от них зависело». В соседней палате реанимации, отделенной от него стеклом, сидела женщина и разговаривала со своим ребенком, который уже несколько недель находился в коме. Сталлоне вспоминал, как тогда, глядя на них, он подумал, что не вынес бы такого испытания, и поклялся: если дочь выздоровеет, он никогда уже не будет прежним. Он станет самым лучшим на свете отцом, каким не был своим сыновьям. Софи поправилась, а когда ей исполнилось восемь месяцев, ее родители сыграли свадьбу. Дженнифер говорила, что на торжественный обед она наконец-то сможет надеть «голубое платье на тоненьких бретельках», о котором мечтала, и это трогательное «голубое на бретельках» стало символом того, что драматические события миновали.

Сталлоне захотел венчаться на родине своего отца – в Италии, в самой Сикстинской капелле, но Папа Римский на экстравагантную просьбу ответил отказом. Тогда Слай перенес церемонию в Британию, в Бленхеймский дворец, родовое гнездо Уинстона Черчилля. В интервью после свадьбы Сталлоне заметил: «Мужчина может доказать, что уважает любимую женщину, только женившись на ней».

Сегодня одиннадцатилетняя Софи любит разыгрывать сценки из мюзиклов, и отец уверяет, что она не только внешне похожа на него, но и унаследовала его актерский талант. В смысле артистических способностей не отстают от сестры и две младшие дочери Сильвестра и Дженнифер – девятилетняя Систин и пятилетняя Скарлет. Имена всех пяти детей Сталлоне начинаются с той же буквы, что и его – «С». «Наверное, я слишком доволен собой, – шутит актер, – поэтому хочу видеть вокруг себе подобных».
...
Сталлоне и Флавин женаты уже почти 11 лет. Однажды в интервью Слай признался: «Я счастлив, что Дженнифер, несмотря на наши ссоры и мои безумства, осталась со мной. Она внимательнее и, наверное, умнее меня».
полный текст
Tags: истории любви
Subscribe
promo olenenyok january 21, 2014 05:30 397
Buy for 100 tokens
Пока звучит музыка — продолжай танцевать… Танцуй и не останавливайся. Зачем танцуешь — не рассуждай. Какой в этом смысл — не задумывайся. Смысла все равно нет и не было никогда. Задумаешься — остановятся ноги. А если хоть раз остановятся ноги — мы уже ничем не…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments